Фронтовая весна 1943 года

Б.И. Осыков

image

Заканчивался последний зимний месяц 1943 года. Ещё стояли холода, ещё кружили метели, но все ярче светило на небе солнце. И наши войска по глубоким февральским снегам продолжали идти вперед.

Март же выдался сырым и теплым, стали таять снега. Весенняя распутица, острая нехватка боеприпасов и горючего. И нарастающее сопротивление противника. В боях под Харьковом и на Среднем Дону советские войска понесли большие потери.

Из воспоминаний командующего 40-й армии Воронежского фронта Кирилла Семеновича МОСКАЛЕНКО:

«В составе 40-й армии были тогда ослабленные в продолжительных боях шесть стрелковых дивизий и один танковый корпус. Нечего было и думать о том, чтобы этими силами успешно наступать в такой широкой полосе… Да и проблема подтягивания тылов и пополнения запасов продовольствия, фуража, боеприпасов и горючего к тому времени ещё больше обострилась. Тылы армии базировались на железнодорожную станцию Валуйки, от которой мы ушли уже более чем на 300 км. Автотранспорта для перевозок на такое расстояние не хватало. И чем дальше продвигались наши войска на запад, тем хуже становилось снабжение. Мы испытывали большую нужду во всем необходимом…

Несмотря на неблагоприятную обстановку, 40-я армия продолжала наступление. К 1 марта мы вышли на рубеж Сумы – Межиричи –Лебедин – Опошня, а частью сил на участке от Сум до Лебедина форсировали р.Псел… К тому времени сопротивление врага резко усилилось. До сих пор он отходил в западном направлении, ведя арьергардами сдерживающие бои. В последних же числах февраля начал контратаковать на отдельных участках… Наиболее упорные бои велись в районе Сум, Зенькова и Опошни…»

Из воспоминаний Эриха МАНШТЕЙНА, командующего группой армий «Юг»:

«… Мы наконец находились на пути к овладению инициативой. В сравнении с этим было бы не так уже важно, если бы за это время противник несколько продвинулся в направлении на Киев и севернее его. К 1 марта стало ясно, что русские ввиду своего поражения между Доном и Днепром и перед северным фронтом 1-й танковой армии ослабили свое сопротивление и что наша армия вновь сможет овладеть рубежом по Донцу, последовать за противником через еще скованный льдом Донец, чтобы потом зайти ему в тыл у Харькова и западнее его».

И вновь строки из воспоминаний К.С.МОСКАЛЕНКО:

«Несколько позднее, в конце марта, когда командный пункт армии находился уже в населенном пункте Бутово (вблизи Томаровки.- Б.О.), к нам прибыл заместитель Верховного Главнокомандующего Маршал Советского Союза Г.К.Жуков. Ознакомившись с событиями предшествующих недель, он высказал порицание     решению выйти на р.Днепр, принятому при наличии таких ограниченных возможностей,  какими располагал Воронежский фронт во второй половине февраля 1943 г. Представитель Ставки придерживался того мнения, что после взятия Харькова надо было занять оборону, закрепиться… Досталось от него и мне за то, что исполнял недостаточно обоснованные решения, вырвался со своей армией далеко вперёд. Вежливых слов он не подбирал…

Я возвратился в Грайворон, куда переехал штаб армии… Противник словно ждал моего приезда: на следующее утро 35 вражеских бомбардировщиков совершили налет на Грайворон. Удару с воздуха подвергся командный пункт и узел связи, причем несколько вражеских самолетов произвели прицельную бомбежку и обстрел из пушек и пулеметов с высоты 200-300 м. Управление войсками было под угрозой, но нам удалось переместить командный пункт в район Крюково.

Обстановка усугублялась ещё и тем, что одновременно противник, отбросив части 69-й армии и выйдя на наш левый фланг, перешел в наступление силами пехотной и танковой дивизий  с приданными частями. Танки и пехота неприятеля подошли к Грайворону. На южной окраине города завязался тяжелый бой. 100-й, 309-й стрелковым дивизиям и 5-му гвардейскому танковому корпусу удалось с наступлением темноты организованно отойти, однако при этом Грайворон и Большая Писаревка были захвачены врагом.

Направления ударов противника определились: одно – Грайворон, Борисовка, Томаровка, другое – вдоль шоссе Харьков-Белгород. Первое из них мы прикрыли силами дивизий, отошедших от Грайворона. В Головчино, что на полпути между Грайвороном и Борисовкой, организовали противотанковый опорный пункт. Враг упорно пытался овладеть им, но каждый раз откатывался с потерями.

Здесь боем непосредственно руководил командующий артиллерией армии полковник И.М.Снегирев. Таранному удару немецких тяжелых танков он противопоставил гибкое и эффективное применение всей имевшейся в районе Головчино артиллерии. Две трети ее Иван Михайлович Снегирев, лично возглавлявший расстановку огневых средств, поставил на прямую наводку. Артиллеристы нанесли тяжелый урон эсэсовским танковым частям. Особенно отличился в этом бою 4-й гвардейский истребительно-противотанковый полк, который и прежде не раз наносил врагу весьма чувствительные удары.

Под Головчино мы понесли тяжелую утрату. Здесь смертью храбрых пали полковник И.М.Снегирев и старший помощник начальника оперативного отделения штаба артиллерии армии капитан М.В.Давыдов.

В последующие дни, когда наши части отошли от Головчино, ожесточенные бои развернулись сначала в районе Борисовки, а затем в районе Томаровки. Там на усиление к нам прибыл 3-й танковый корпус под командованием генерал-майора И.А. Вовченко. Танки и все имевшиеся у нас силы были до предела использованы для разгрома наступающего противника. Даже зенитная артиллерия была поставлена на огневые позиции для ведения огня прямой наводкой и применялась против вражеских танков и автоматчиков.

Против 40-й армии действовали крупные силы противника, оснащённые новейшим вооружением. Именно там мы впервые встретились с танками «тигр» и «пантера», самоходными орудиями «фердинанд».

Помню, под Борисовкой пришел ко мне генерал Вовченко и доложил, что его танки не пробивают лобовую броню немецких танков. Я удивился, так как ничего подобного до тех пор не было. Заинтересовались случившимся приехавший к нам член Военного совета фронта генерал-лейтенант Ф.Ф.Кузнецов и член Военного совета армии полковник И.С. Грушецкий. Все вместе мы и отправились на наблюдательный пункт генерала Вовченко и убедились, что он прав. В бинокли мы увидели, что снаряды наших танковых пушек высекают сноп искр на лобовых частях немецких танков и рикошетируют в сторону.

Эту «загадку», однако, разгадали вскоре наши артиллеристы. Они учли, что лобовая броня у новых немецких танков была действительно мощной, и решили, что раз так, то нужно бить их не в лоб, а в борт или в корму. Это, конечно, совсем не одно и то же, так как требовало не только иной расстановки орудий в противотанковых опорных пунктах, но и величайшей силы духа. Ведь теперь нужно было сначала пропускать немецкие танки мимо себя, а уже потом бить по ним. Но, как известно, и силы духа, и отваги у советских воинов достаточно. Поэтому «тигры» горели не хуже, чем все остальные фашистские танки.

В ожесточенных боях воины 40-й армии уничтожили основную массу танков наступавшего противника. В течение нескольких дней враг понес такие потери, что ему уже нечем было атаковать на нашем направлении. 22 марта его наступление здесь выдохлось. Прекратили и мы свои контратаки и контрудары. В разрыв между флангами 40-й и 69-й армий подошла 21-я армия генерал-лейтенанта И.М.Чистякова. Жаль, что они не прибыли раньше, быть может, в этом случае противнику не удалось бы ни вновь захватить Харьков, ни вообще потеснить советские войска на юге.

До конца  марта обе стороны вели бои местного значения по улучшению передовых позиций, а затем перешли к обороне. На линии Краснополье – Солдатское и далее к северу от Борисовки, Томаровки и Белгорода фронт стабилизировался. Образовался южный фас Курской дуги, где в июле и августе 1943 г. произошла решительная битва летней кампании 1943 года».

Вести из тыла

Январь-март 1943 г. Колхозники Прохоровского района собрали для Красной Армии 7200 пудов хлеба и 2400 пудов мяса.

Март 1943 г. Населением Белгородского района собрано на строительство авиаэскадрильи «Курский партизан» 123 000 рублей.

Март 1943 г. В трех больницах Шебекинского района находится на излечении 220 раненых бойцов и командиров Красной армии из 100-й стрелковой дивизии 40-й армии Воронежского фронта. В больницах не хватает перевязочного материала, белья, медикаментов, а также и питания, так как склады с продовольствием были вывезены немецкими оккупантами накануне освобождения района войсками Красной Армии. Население района помогает всем,чем только может…

Трудящиеся Шебекинского района собрали и передали бойцам и командирам 219-й стрелковой дивизии 1500 индивидуальных посылок и собрали 175 000 рублей на строительство танковой колонны «Курский колхозник».

Б.И. Осыков

Редакция сайта благодарит автора за разрешение на публикацию материала.



Кол-во просмотров страницы: 4832

Короткая ссылка на эту страницу:
Мне нравится! 5 пользователям понравилась эта запись


Одноклассники
   
 

Оставить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Добавить изображение

Добавить изображение