Летопись Белогорья

Ксения Белоусенко.

Михаил Семёнович Щепкин (6 (17 ноября) 1788, село Красное, Обоянский уезд, Курская губерния — 11 (23) августа 1863, Ялта).

Михаил Семёнович Щепкин. Кто из белгородцев не знает этого имени? Великий артист, родом из крепостных, появился на свет в Курской губернии… Однако эти малые общие сведения заслоняют от нас самого человека: его характер, привычки, его гражданские и нравственные принципы. Каким он был в жизни, как вёл себя с коллегами, друзьями, женой, детьми? Что любил, чем увлекался?

А был он прекрасным товарищем, однолюбом, радушным хлебосолом и превосходным рассказчиком. Его слушателями были самые выдающиеся люди того времени: Н.В. Гоголь, С.Т. Аксаков, В.Г. Белинский, А.Н. Островский, Т.Г. Шевченко. Иван Сергеевич Тургенев, приезжая в Москву, всегда заходил к нему в гости, и иногда читал свои новые вещи. С Пушкиным Михаил Семенович познакомился на подмосковной даче их общих знакомых Нащокиных.

Однажды поэт, услышав очередной увлекательный рассказ актера, взял чистый лист бумаги и написал от его имени: «Я родился в Курской губернии, Обоянского уезда, в селе Красном, что на речке Пенке». Тут уж Щепкину ничего не оставалось, как приняться за свои «Записки». При жизни артиста они публиковались в различных журналах фрагментами.

Сам Михаил Семенович говорил: «Время, этот великий учитель, указало мне необходимость передать людям многое, чему я был свидетелем… Я знаю русскую жизнь от лакейской до дворца».

Великая тяга к искусству!

Он родился 17 ноября 1788 года. Род Щепкиных издревле был вольным, священническим. Более ста пятидесяти лет Щепкины в селе Спас Курской губернии передавали от отца к сыну духовное звание. Дед, Григорий Иванович, стал крепостным человеком графа С.Е. Волькенштейна в 1748 году неожиданно для самого себя. Лёг спать свободным, а проснулся крепостным: на беду звонкий голос 13-летнего Гриши, сына спасского священника, понравился графу, заводившему на своей усадьбе хоры, музыку и театры. «Дед мой не слишком удивился, а только немного погрустил», — напишет Щепкин в своих знаменитых «Записках актера».

Отец его, Семён Григорьевич, с малых лет был взят в дом господ, заслужил их доверие и за усердие назначен управляющим имения. Поездил с молодым графом Гавриилом Волькенштейном по столицам, понял силу грамоты и стал рано учить сына Мишу. Сначала тот постигал ученость у ключника, а потом у священника в Белгороде. На домашнем спектакле в усадьбе графа будущий артист впервые познакомился с театром.

Содержание пьесы не понял, но был восхищен. «В тот вечер порешилась моя будущая судьба», — вспоминал он.

Учась в Суджанском уездном училище, Миша Щепкин сыграл свою первую роль — слуги Розмарина в комедии Сумарокова «Вздорщица». Спектакль, сыгранный детьми, стал сенсацией в городе. «Сначала я как будто струсил, — говорил актер, — но потом был в таком чаду, что мне все казалось сном». На представлении присутствовал сам городничий, который остался весьма доволен.

В курской гимназии, где Миша продолжал образование, ему не разрешили учить французский язык: таково было высочайшее повеление, касающееся детей крепостных. Но учился он прекрасно, много читал. В доме графа занимал необычное положение: был чем-то вроде домашнего секретаря, а позднее — помощником землемера. И, конечно, участвовал в домашних спектаклях графа.

Зиму тот проводил в Курске, куда брал и Мишу. Паренек постоянно посещал курский театр, который принадлежал бывшим крепостным Барсовым, иногда помогал суфлеру. И наконец — вот он, счастливый случай! Запил артист, играющий одну из главных ролей. Этого дня Щепкин никогда не забудет: «Ему я обязан всем, всем…». Это было начало его артистической карьеры.

Зрители полюбили Щепкина с его первых выступлений в курском театре. От сезона к сезону дела его складывались всё благополучнее, он прочно вошёл в репертуар и имел самый высокий в труппе оклад: 350 рублей ассигнациями. Курск, Харьков, Полтава − везде актёру сопутствовал успех в любом его амплуа. Одно его имя на афишах увеличивало сборы. Но… любимец публики по-прежнему оставался крепостным.

А ведь он был уже семейным человеком. Супругой его стала прекрасная турчанка Елена Дмитриевна Дмитриева, которую муж ласково называл Алёшей. Необычна ее судьба. В 1791 году во время войны с Турцией русские солдаты нашли в одном из домов младенца.

Генерал Чаликов взял турецкую девочку в семью, воспитывал наравне со своими детьми. Щепкин и юная красавица полюбили друг друга. А она, дав согласие на брак, даже не знала, что жених — крепостной. Но и узнав, не изменила слову, хотя выйдя замуж за раба, сама становилась рабой.

Их брак оказался счастливым — через всю жизнь Щепкины пронесли любовь и нежность друг к другу. В семье родилось семеро детей. Несмотря на большое семейство и скудный достаток, Елена Дмитриевна, щедрая и отзывчивая душой, привечала и стариков, и сирот. В доме Щепкиных жили одинокая сестра покойного актера П.С. Мочалова, пятеро детей и жена покойного друга П.Е. Барсова, будущая актриса Г.Н. Федотова — и для всех находилось место.

«Пушкин русской сцены»

Только в возрасте 33 лет Михаил Семёнович получил вольную на себя, жену и троих детей. А вскоре после этого закончились и провинциальные страницы в жизни артиста. В Туле Щепкина увидел М.Н. Загоскин, помощник управляющего Императорским московским театром Ф.Ф. Кокошкина, и сразу послал депешу в Москву: «Актер — чудо-юдо, но просит много денег, ссылаясь на свое большое семейство». Кокошкин отвечал: «Ничего не жалей, всё, что требует, давай. Только не упусти сокола и вези скорее ко мне».

«Соколу» было 35, когда он пришел в Малый театр. Кругленький, благообразный, и рост ниже среднего. Сам актер часто подтрунивал над своей внешностью, подписываясь иногда в письмах «ваша толстая щепка» или называя себя «небольшой квадратной фигурой».

Но кто об этом помнил, когда Щепкин выходил на сцену! С его приходом в театре утвердились простота и естественность актерской игры. Современники называли его «Пушкиным русской сцены». Голос у него был не сильный, но поставленный так, что самый тихий шепот его со сцены был слышен всему залу. Говорят, его полушепот потрясал больше всякого трагического крика.

Наш земляк переиграл множество ролей, как он сам написал, «от Тальма до Яги-бабы». Он открыл для русского театра богатство украинских пьес, был выдающимся исполнителем классических ролей драматургии Мольера и Шекспира, великолепно играл роль Скупого рыцаря в одноименной трагедии А.С. Пушкина, роль городничего в комедии Н.В. Гоголя «Ревизор».

Во время его выступлений Малый театр гремел от рукоплесканий, зрители неистовствовали. И только один человек всегда оставался недоволен игрой Щепкина — это сам Щепкин. Даже в зените славы он благоговейно относился к каждой роли, пусть уже игравшейся в сотый раз, ни разу не опоздав ни на одну репетицию. Он учился и трудился всю жизнь, несмотря на негласное, но всеми принятое звание первого артиста России. В пословицу вошла его фраза: «Нет маленьких ролей — есть маленькие актеры».

Нельзя не отметить, насколько цельной натурой был Михаил Семёнович: он не знал творческих разладов, метаний, противоречий. Театр, актёрство вошло в него в шесть лет и осталось навсегда. Жизнь его была отдана театру с такой силой, что Малый театр стал называться «Домом Щепкина», а его игра ознаменовала новый период развития театрального искусства — реализм!

Последние дни в Ялте

Щепкин продолжал играть, когда ему было уже за 70 лет, хотя сил с каждым годом оставалось все меньше. Слабел голос, стала изменять память, но сила воли и труд ещё побеждали немощь.

В апреле 1863 года с разрешения государя артисту на лето был предоставлен отпуск в Крым. В Ялту Щепкин приехал совсем больным, страдая ужасной одышкой. Князь С.М. Воронцов послал за ним коляску, в которой Михаил Семенович был доставлен в его Алупкинский дворец. Но отдохнуть здесь пожилому, утомленному дорогой и болезнью артисту не удалось. Вечером у Воронцовых собрались гости, и хозяева предложили Щепкину прочитать отрывок из «Мертвых душ». Во время чтения Михаилу Семеновичу стало плохо.

Воронцовы не могли допустить, чтобы старик умер в их дворце. Они уже не думали о приличиях: больного Щепкина усадили в ту же коляску и срочно отвезли в Ялту. Его поместили в одной из комнат ялтинской прогимназии. Здесь давался бал, и над головой умирающего всю ночь гремела музыка…

К утру началась агония. «Скорей, скорей, одеваться, к Гоголю!» — задыхаясь, просил он. «Гоголь давно умер», — отвечали ему. Тогда он отвернулся лицом к стене и заснул навеки… Это было 23 августа 1863 года.

Тело великого актера перевезли в мебельном ящике в Москву. Похоронили Михаила Щепкина на Пятницком кладбище.

Ксения Белоусенко,
ведущий библиотекарь отдела краеведческой литературы
Белгородской универсальной научной библиотеки

Редакция сайта благодарит автора за разрешение на использование материала.

Реклама:

Не знаете где взять быстро денег? Моментальные займы вам помогут: zaim-bez-otkaza.ru