Летопись Белогорья

А. Н. Крупенков

Дом Стрельникова

Страшный дом

За домовладением Голяховских в старину располагался дом купца Алексея Григорьевича Стрельникова, выделявшийся своим архитектурным видом, в котором он содержал бакалейную лавку и книжный магазин. В начале 1920-х годов в доме располагалась воинская часть, затем он был жилым. Ещё до войны здание заняло Белгородское районное управление народного комиссариата внутренних дел. После освобождения Белгорода НКВД размещался недолго на улице Комсомольской, а потом снова вернулся в дом № 14 по улице Ленина. В 1958 году управление КГБ переехало в новое здание на улице Сталина, а освободившийся дом передали городской поликлинике № 2. Снесли его в первой половине 1970-х годов.

Послушаем рассказ об этом уголке Белгорода и «страшном доме» на Ленинской старейшего жителя города, ветерана Великой Отечественной войны и труда, почётного железнодорожника Виктора Владимировича Чаплыгина: «От Вокзальной площади до Кирова квартал между Ленина и Фрунзе до войны был непролазным болотом, только камыш и чижики росли да лягушки квакали. Там ещё городской угольный и дровяной склады находились. Жители Белгорода на зиму закупали там дрова. А со стороны Ленина дом стоял двухэтажный, розовый, старинной постройки. Там размещалось ГПУ. Страшный был дом, оттуда редко кто выходил в 37-м. Мой отец там тоже один раз побывал, несмотря на то, что прошёл и революцию, и гражданскую войну. Забрали его вот по какому случаю.

Работал в паровозном депо вместе с ним медником Володя (фамилию не помню), но все его звали Ностопырь. Отец мой, когда пришёл с гражданской войны, с ним вместе укладывал шпалы и рельсы. Кто-то написал, что Володя польский шпион. А он и расписаться-то не может, у него три класса образования. Взяли его, туда-сюда, и посадили. Вызывают отца, спрашивают:

— Ты работал с ним?

— Работал.

— А знаешь, что он польский шпион?

А отец:

— Да вы что, он и расписаться-то не умеет! — и давай смеяться.

Они:

— Ты будешь подписывать, что он польский шпион?

— Не буду.

Они ему по шее, по лицу и пинками в подвал. Наутро то же самое:

— Будешь подписывать?

— Не буду.

Опять бьют. И снова в подвал. На счастье отца друг его, земляк из Тетеревино, был заместителем начальника ГПУ. Когда отца забрали, он в отпуске находился. И как раз в то время вышел из отпуска. А отца опять привели в кабинет из подвала. Тут они и встретились. Он ему:

— Володя, ты чего тут?

— Да вот, забрали.

— Сейчас же отпустить, мигом!

Отпустили, но всё равно приходили к нам, лазили по всем кувшинам, кастрюлям, шкафам. А Володю Ностопыря держали месяца два или три и тоже отпустили. Потом, уже после войны, когда я в депо машинистом работал, приду к нему трубку запаять или ещё что-то, так он всегда спрашивал: «Как отец? Передавай привет. Он меня спас. Если бы не он — меня расстреляли. Поклонись ему»… Вот какие случаи были. Если бы товарищ отца из Тетеревино задержался в отпуске ещё дня на три, отправили отца куда подальше, там бы ему и конец пришёл. После войны в том доме уже НКВД размещался, а потом в нём сделали поликлинику«.

Сквер вместо «святого озера».

Рядом с домом Стрельникова находился дом с трактиром мещанина Евграфа Дмитриевича Носкова. В конце 1910-х годов по распоряжению Белгородского уисполкома в нём был открыт «Дом для временно приезжающих малоимущих», проще говоря — ночлежка. В ней бедным людям, не имевшим жилища, предоставлялись ночлег и бесплатное питание.

В конце первого квартала, на углу улиц Корочанской и Михайловской, размещалась железнодорожная пекарня, в которой, по некоторым сведениям, после Октябрьской революции работал автор текста известной песни о гражданской войне «Там вдали, за рекой…» Николай Мартынович Кооль. Пекарня была снесена в 1960-е годы. Сегодня на месте пекарни, дома купца Стрельникова, мещанина Носкова и двух домов Голяховских стоит одно многоэтажное здание под № 4, построенное в 2009 году.

В начале второго квартала на северо-западном углу находился Успенско-Михайловский храм, а сразу за ним с незапамятных времен — небольшое озеро. В «Путеводителе по Белгороду» 1911 года о нём сообщается: «В ограде Михайловской церкви сохранилось ещё озерко, теперь довольно грязное, которое до сих пор поддерживается ключами (попытка очистить его ни к чему не привела). Это озеро служит предметом поклонения простых богомольцев: они бросают сюда монеты, черпают воду для умывания, а в прежнее время даже купались. Озеро считается „святым“, потому что образовалось будто бы на том месте, куда упала в землю старинная церковь; откуда такая легенда — неизвестно». После этого описания озеро просуществовало ещё более полувека, и всё это время оно было такое же грязное и заброшенное. Его всё ещё называли «святым», и также старенькие бабушки бросали в него монетки.

Осенью 1951 года заведующий магазином № 3 ОРСа Иван Тихонович Яровой запустил в пруд мальков зеркального карпа и карася. Они прижились, и спустя два года белгородцы с удивлением обнаружили, что в озере развелось большое количество рыбы весом примерно до 400 граммов. По воспоминаниям старожилов, можно было поймать и более крупную рыбу. В 1958 году горисполком принял решение о благоустройстве озера. Ему отвели 2730 квадратных метров прилегающей территории, а находившиеся на ней старые деревянные строения были снесены. В начале 1960-х годов рядом с озером начали строить пятиэтажный жилой дом, на первом этаже которого потом разместился магазин «Радио-музыка». Во время строительства, где-то около 1964 года, и засыпали озеро, а на его месте разбили сквер. 24 мая 1995 года посреди сквера был торжественно открыт и освящён поклонный крест в память равноапостольных святых Кирилла и Мефодия (автор В. Клыков при участии А. Шишкова).

На противоположной стороне Корочанской улицы, напротив Успенско-Михайловской церкви, располагалась общественная мещанская имени Чумичова богадельня. Она была учреждена на пожертвования потомственного почётного гражданина, купца 2-й гильдии Николая Ивановича Чумичова в его доме и усадьбе в 1866 году. Содержалась на деньги, выделяемые городским общественным банком имени Н. И. Чумичова, и на частные пожертвования. Первоначально в богадельне призревалось 40 человек обоего пола, включая отставных нижних чинов, которые не в состоянии были пропитаться сами. К 1 января 1872 года в ней проживало уже 64, в 1876-м — 69 человек. Кроме призреваемых граждан Белгорода и отставных нижних чинов в богадельне согласно Высочайшему повелению в 1870 году были установлены пять кроватей для инвалидов нижних чинов. В 1891 году в память бракосочетания Их Императорских Величеств Николая II и Александры Фёдоровны городская Дума устроила ещё пять мест для круглых малолетних бедных сирот.

По данным на 1911 год, в Чумичовской богадельне призревались 53 женщины и 18 мужчин, в основном мещане. На содержание одного человека выделялось 88,2 копейки в день, из них на трёхразовое питание приходилось 13,1 копейки.

Во дворе за Чумичовской богадельней находилось грязное озерцо, с годами превратившееся в болото, которое в начале ХХ столетия взял в бесплатную аренду на 12 лет и высушивал его на собственные средства вместе с братом гласный городской Думы Николай Абрамович Котляров, проживавший рядом в собственном доме.

После Октябрьской революции в богадельне некоторое время жили красноармейцы, а потом она снова стала приютом для бедняков, но уже под названием «убежище для стариков и старух». В марте 1919 года к нему была присоединена духовная богадельня. В 1923 году «убежище» в некоторых документах упоминается под названием «Дом инвалидов». До поры до времени здесь проживали выселенные из Рождество-Богородицкого женского монастыря монахини, но потом их выселили и оттуда как «нетрудовой элемент». В августе 1925 года Дом инвалидов был переведён в бывшее имение купцов Голевых в слободе Чёрная Поляна (ныне Зелёная Поляна), где располагался Дом отдыха профсоюзов. Уездное профбюро просило передать освободившееся здание богадельни под Дом Союзов, но уисполком отказал и передал его под квартиры административно-политического состава 163-го полка. Очень недолго здесь находился также Дом матери и ребенка. Вскоре он был переведён в дом Барышникова по Соборной улице, а в 1926 году в бывшей Чумичовской богадельне разместилась железнодорожная поликлиника. При фашистах бывшая богадельня была городской поликлиникой. В ней имелись кабинеты терапевтический, хирургический, гинекологический, венерический, глазной, зубной и другие. В 1942 году лечение в ней стало платным. Во время Великой Отечественной войны здание было сильно разбито, и позже его снесли.

А. Н. Крупенков

(Статья была опубликована в газете «Наш Белгород» № 61 (1351)

Редакция сайта благодарит Тамару Юрьевну Крупенкову за разрешение на публикацию материала.

К статье А. Н. Крупенкова «Гражданский проспект: по главной улице города»:

Дом Стрельникова. Ул. Ленина, 14.

«Святое» озеро у Успенско-Михайловской церкви.

Фото из книги Лимарова А. И., Ткаченко А. И. «Белгород, век XVI – XXI».