Летопись Белогорья

Дом Самойлова

На углу Корочанской и Старомосковской улиц в давние времена стояло подворье и дом купца Я. В. Сорокина. Место это 6ыло для Белгорода исторической достопримечательностью. В нем неоднократно при своих поездках на юг страны останавливались на ночлег императоры России.

После смерти Сорокина домовладение перешло его наследникам Гурьевым. Впоследствии дом был продан Самойлову, который произвел в нем капитальную перестройку и был сдан в аренду. На первом его этаже были аптека И.Н. Когана, (фруктовый магазин Сапунова и фотография Барковского, чьи снимки находились почти в каждом доме белгородчан. На втором этаже находилось торжественное собрание.

После февральской революции. когда в стране установилось двоевластие, Меранвиль де Сент-Клер, в поддержание столичному большевистскому беспределу, совершенному ими в отношении к дворцу балерины Кшесинской, продублировал подобный экс и в Белгороде. Выбор его, еще в июне 1917 года, пал на дом Самойлова.

История эта приняла скандальный характер и даже зафиксирована в сводке главного управления по делам милиции, направленной Временному правительству: «23 июня 1917 года Совдеп с председателем во главе объявил помещение Белгородского Общественного собрания реквизированным для надобностей Совета депутатов, дав пятиминутный срок присутствующим

для очищения помещения, затем открыл заседание своего Совета».

Временное правительство распорядилось арестовать Совдеп. 

Из Курска вскоре прибыла соответствующая Комиссия. Однако, к этому делу подключили поляков из легиона. Комиссию, прибывшую в Белгород, задержали на вокзале вооруженные легионеры и выдворили ее за пределы города.

Предвосхитить будущую предназначенность конфискованного дома в то время не смог никто из жителей Белгорода Кто мог и смог бы тогда предположить, что через полтора года большевики Белгорода прямо в центре города устроят свой страшный кровавый застенок. И где? В доме, где столетиями люди мирно жили, рожали и растили детей. В доме, где мирно и спокойно спали обыватели и цари, где продавались лекарства от болезней и широкий ассортимент фруктов на что так богата и изобильна была Белгородская земля, где умелые мастера запечатлевали на снимках людей, их одежду, прически, улыбки с тем, чтобы последующие поколения могли воочию видеть, кто жил до них. Видеть и знать. Большевизм же осуществлял совсем другие процессы.

Предугадать ход событий даже на месяц вперед, тогда было делом действительно непосильным. И здание будущей большевистской уездной пыточной стало дожидаться своего окаянного часа. И дождалось. В конце декабря 1918 года большевистский застенок , заработал да, еще как!

В России бушевала снежная стихия. Шли первые дни третьей декады декабря 1918 года. Белая мгла висела над Белгородом. Снежные заносы перемели улицы города и полотно железной дороги.

В один из таких метельных дней в городе произошла очередная смена властей. Во второй половине этого дня в штабном вагоне на стол председателя Реввоенсовета группы войск Курского направления Антонова-Овсеенко, находившегося на станции Курск, легла телеграмма: «20 декабря в 14 часов Белгород взят частями 2-й Украинской советской дивизии. Аусель…, Левиссон.»

Сразу же заборы у горожан и стены их домов были облеплены массой объявлений, обращений, агитплакатов, приказов новых властей. Первый же из них оповестил и уведомил жителей о многих серьезных вещах, которые произошли уже де-факто, или смогут еще произойти в их жизни, в случае его невыполнения.

ПРИКАЗ № 1

Белгород

20 декабря 1918 г.

Войска Временного рабоче-крестьянского правительства Украины под моим командованием вошли в Белгород.

Объявляю:

1. Власть в Белгороде и его уезде переходит к Белгородскому военно-революционному комитету.

2. Все оружие, холодное и огнестрельное, а также патроны в городе в течение 24-х часов, а в уезде в течение трех дней с момента опубликования сего приказа, должны быть сданы военно-революционному комитету. Лица, не сдавшие оружие и, не получившие особого разрешения на право ношения его, будут расстреляны.

3. Город и уезд объявляю на военном положении. Впредь до особого распоряжения воспрещаю передвижение по улицам города после 9 часов вечера и до 6 часов утра по советскому времяисчислению.

Командир третьей бригады Украинских советских войск, он же начальник гарнизона А. Каверин .

Через два дня Белгород был уведомлен еще об одном немаловажном событии — рождении новой организации, которая на многие годы войдет в жизнь города и каждого его жителя. В городе была создана первая уездная ЧК.

Уведомление начиналось скромным заголовком. Текст его был сух и информативен:

Объявление №1

Настоящим доводим до сведения граждан г. Белгорода и уезда, что выделенная из состава Белгородского Ревкома Белгородская Уездная чрезвычайная комиссия сего года 23 декабря начала функционировать

Все обыски, реквизиции, и конфискации могут быть производимы только по ордерам чрезвычайной Комиссии, временно, за неимением печати Комиссии, за печатью Комитета партии коммунистов (большевиков).

Чрезвычайная Комиссия, помещается: угол Гражданской и Старо-Московской, Съезд Мировых Судей,

Председатель Чрезвычайной Комиссии

М. Васильев.

Досадная накладка у БелЧека произошла с первых же шагов. У нее вдруг не оказалось печати. И какой удачный выход из этого затруднительного положения, знаменательнейший факт. Первые арестные ордера и расстрельные документы в городе пошли за печатью партии Коммунистов (большевиков), переименованной впоследствии в ВКП(б), а еще позже в КПСС.

В. ЦОКУР.

1993 г.